Суровый климат, который традиционно считали одним из главных ограничений для развития территорий, должен стать ее конкурентным преимуществом — от съемок кино и создания собственных брендов до испытаний новых технологий. При этом промышленное освоение Арктики в ближайшие десятилетия потребует не только триллионных инвестиций в добычу, энергетику и транспорт, но и создания городов, в которых люди захотят жить постоянно. Об этом говорили участники сессии «Арктика 2020 – 2050. Трансформация индустриальных городов», прошедшей на Восточном экономическом форуме.
Сам российский холод можно превратить в экономический актив, считает советник генерального директора Агентства стратегических инициатив (АСИ) Екатерина Черкес-заде. По ее мнению, Арктика способна стать площадкой для разработки и испытания одежды, техники и других товаров, рассчитанных на экстремальные условия.
«Первое, что говорят про Россию, куда бы ты ни приехал: у вас холодно. И если продукты адаптированы под наши северные широты, значит, они работают везде. Они в этом смысле неубиваемы. Поэтому хочется на одной из территорий собрать отдельный креативный кластер, который занимался бы технологиями и брендами, развивающими Арктику», – сказала Екатерина Черкес-заде.
Она также предложила разработать общую стратегию развития креативных индустрий для арктических регионов. Креативную экономику Черкес-заде рассматривает не как альтернативу промышленности, а как способ создавать новые точки роста и привлекать на Север людей. Одним из примеров эксперт назвала Якутию, где за последние годы сформировалась собственная киноиндустрия. По словам Черкес-заде, еще 15 лет назад трудно было представить активное кинопроизводство в регионе с полярной ночью, однако развитие технологий изменило условия съемок.
В Мурманской области преимуществом для киноиндустрии стал, напротив, длинный световой день. Он позволяет съемочным группам дольше работать при естественном освещении, получать больше материала за смену и сокращать расходы. В регионе также создают техническую базу и готовят местных специалистов для съемочных групп.
Основой экономики Арктики при этом останутся крупные промышленные проекты. Директор Восточного центра государственного планирования (ФАНУ «Востокгосплан») Михаил Кузнецов рассказал, что комплексный проект развития Арктической зоны формируют с горизонтом до 2050 года. «Арктика, она сложная, многогранная. Сроки окупаемости проектов там дольше, инфраструктура масштабная создается, поэтому речь идет о таком горизонте», – сказал Кузнецов.
По его словам, Востокгосплан учитывает 270 инвестиционных проектов общей стоимостью более 30 триллионов рублей. Их реализация потребует развития портов, железных дорог, грузового и ледокольного флота. Рыночную стоимость разведанных запасов полезных ископаемых российской Арктики Кузнецов оценил примерно в 1,5 квадриллиона рублей. «Это углеводороды, это твердые полезные ископаемые. Цифра, ради которой стоит действительно побороться», – отметил он.
Каждому индустриальному городу потребуется собственный сценарий трансформации. Воркуте, по словам Кузнецова, в ближайшие 10–15 лет предстоит перепрофилировать экономику по мере изменения роли угольной отрасли. Новый Уренгой может стать «сервисной столицей газовой Арктики», Архангельск – развивать промышленную базу вместе с новым глубоководным портом, а Певек и Билибино получат импульс от освоения Баимской рудной зоны.
Рост промышленности одновременно меняет требования к самим арктическим городам. Управляющий директор региональных проектов ПАО «ГК Самолет» Алексей Федоров считает, что жилье и городская инфраструктура становятся одним из инструментов конкуренции за специалистов. В Мурманской агломерации компания реализует проект «Кольские огни», рассчитанный примерно на 1,5 тысячи семей. Вместе с жильем там планируют развивать социальную, транспортную и коммерческую инфраструктуру.
Отдельная задача – сохранить небольшие арктические города. Генеральный директор АНО «Институт стратегического развития "Север"» Дмитрий Селивохин назвал это «борьбой за жителей»: каждому населенному пункту необходимо найти собственную специализацию, которая даст людям причины оставаться.
В качестве примера он привел Березово с населением около шести тысяч человек. После закрытия крупного рыбоперерабатывающего предприятия поселению требуется новая экономическая основа. Одним из направлений может стать туризм: история Березова связана в том числе с Александром Меншиковым, который провел там последние годы жизни. Для территории предлагают разработать комплексный мастер-план, объединяющий пространственное развитие, инвестиционные проекты и событийную программу. А в Белоярском ставку делают на современную архитектуру и городскую среду.
По его словам, без собственной идентичности такие города рискуют превратиться в «вахтовое пространство», куда люди приезжают работать, но не остаются жить. «Самое страшное, что может произойти с этими малыми арктическими поселениями, кроме их исчезновения, – это потеря гения этого места», – сказал Селивохин.
Качественная городская среда особенно важна для Арктики, где работодателям приходится убеждать специалистов не просто приехать на работу, а переехать на Север вместе с семьями. «Для того чтобы человек переехал жить на Чукотку, он должен ее сначала полюбить», – считает Антон Яремчук, заместитель губернатора Чукотского автономного округа.
Крупные промышленные проекты, по его мнению, должны создавать вокруг себя сервисную экономику – кафе, магазины, пространства для детей и другие привычные городские услуги.
Перспективы региона он связывает в том числе с малой атомной энергетикой. В качестве примера Яремчук привел плавучую атомную теплоэлектростанцию «Академик Ломоносов»: по его словам, стоимость электроэнергии с нее за несколько лет снизилась примерно с 35 до 19 рублей за киловатт-час. Другим драйвером может стать логистика. Яремчук рассчитывает, что Северный морской путь в перспективе станет круглогодичным, а новые промышленные проекты сформируют необходимую грузовую базу. Дополнительную роль в транспортной системе Чукотки может получить порт Провидения.